юбки pois- купить юбку pois

Деревянное зодчество в обороне Руси

16 октября 2011 - LSV

Другими словами, город в Древней Руси — это прежде всего крепость, защищенная кольцом мощных стен и башен. Деревянное оборонное зодчество — одна из ярких страниц в истории русской культуры. Летописи рассказывают, что еще на заре русской государственности были построены деревянные города-крепости: Новгород, Полоцк, Белозерск, Ростов Великий и другие. Иногда на стратегических рубежах возводились «стоялые остроги»; в них постоянно никто не жил, но в военное время сюда присылали войсковые части. Вплоть до конца XIV — начала XV веков они были преимущественно деревянные сооружения. Но и позднее, когда уже появились огнестрельное оружие и артиллерия и возводились каменные оборонительные стены, строительство деревянных крепостей не прекращалось: башни и мощные прясла бревенчатых стен, сооружаемые искусными русскими городельцами, еще долго противостояли ударам вражеских войск. Так, в конце XVI века на южной границе Московской Руси выросла сильная оборонительная линия из деревянных крепостей: Воронеж, Ливны, Елец, Кромы, Оскол, Белгород. Тогда же строились крепости и на берегу Белого моря — Кола, Сумский острог, Кемь и другие, и в Поволжье — Черный Яр, бывш. Царицын (ныне г. Волгоград), Самара.

 

Башня Якутского острога. XVII век


К сожалению, наши представления о деревянных крепостях Древней Руси очень ограниченны, ибо ни один из памятников этого оборонного зодчества не сохранился полностью. Только незначительные, сильно искаженные временем остатки острогов в Якутске, Илимске, Братске и Бельске, да надвратная башня Николо-Карельского монастыря, перевезенная из Архангельской области в московский музей-заповедник Коломенское, совместно с письменными источниками, а также немногочисленными, зачастую очень условными, а подчас и совсем неверными изображениями у А. Олеа- рия, А. Майерберга и некоторых других иностранных путешественников, посетивших Московию в XVII веке, служат основой для изучения деревянной крепостной архитектуры. 

 

Башня Вельского острога. 2-я половина XVII века


Для своего времени деревянные крепости были грозными сооружениями: их сторожевые башни являлись непременными элементами пейзажа тех неспокойных лет. Стены обычно рубили «террасами»: две параллельные стены через каждые 6—8 метров соединялись поперечными стенками, а образовавшиеся таким образом клети заполнялись землей и камнями. Поверх настила бревенчатый пол, а в самих клетях прорубали небольшие окна-щели — бойницы нижнего боя.

 

Башня Илимского острога. XVII век


Для защиты воинов от стрел, ядер и пуль на стенах устраивали брустверы: они рубились на выпускных консолях из бревен поперечных стен, укреплялись перемычками и покрывались сверху двускатными кровлями. В брустверах были прорублены бойницы со скосом вниз, чтобы увеличилась площадь обстрела, а в полу делали стрельницы, через которые горячей смолой, кипятком и всеми другими доступными средствами поражали врага, прорвавшегося к крепостным стенам.
Основным элементом крепости были башни. На них день и ночь стояли дозорные; здесь же устанавливали пушки, хранили припасы и всю боевую снасть. Такие башни строили по углам крепости и в самих стенах, а в центральной башне — надвратной, или проезжей,— устраивали мощные и хорошо защищенные ворота.
Сторожевые и крепостные башни по форме были разные: квадратные в плане, шести- или восьмиугольные, как их тогда называли «круглые», а также двухъярусные — с нижним и верхним боем, нередко с бруствером из теса над воротами, сделанным в виде крытого балкона. Такая оборонительная башня именовалась вежей, а с половины XIV века — костром, стрель ницей или столпом.

 

Башня Браткого острога


Из всех разнообразных форм боевых башен наиболее удачно соединила в Себе практические и художественно-эстетические требования восьмигранная, а самым простым, целесообразным и выразительным видом ее покрытия явился шатер, вершину которого чаще всего венчала дозорная вышка. Конструктивную основу такого шатра составлял пирамидальный и тоже восьмигранный бревенчатый сруб, сложенный костром, то есть из венцов, рубленных «в режь» и постепенно уменьшающихся кверху. Образ шатровой крепостной башни с ее неприступным и суровым силуэтом, олицетворяющим спокойствие, безопасность и независимость, имел, несомненно, глубокий патриотический смысл.

 

Бойница башни Якутского острога


Н и одна из таких сторожевых башен полностью до нас не дошла. И тем больший интерес представляют сохранившиеся в Сибири остатки мощных деревянных крепостей XVII века. Когда-то их немало было разбросано на обширных просторах Сибири: Пелым, Тобольск, Якутск, Братск, Илимск.... и легендарная Мангазея на «краю света». Неприступные стены и сторожевые башни, невиданные ранее в Сиби- 68 ри церкви и дома олицетворяли могущество русских, прочно утвердившихся от Урала до Тихого океана не только силой оружия, но и благодаря высокой культуре, поразительному трудолюбию хлеборобов, таланту и умению зодчих и строителей.
Самым распространенным типом крепости в Сибири были остроги. В них сосредотачивалась не только военно-административная власть, но и жили служилые люди и казаки, осваивающие в то время Сибирь.
Башня Вельского острога. 2-я половина XVII века
Чтобы предостеречь остроги и зимовья от разорения местным населением, их укрепляли всевозможными дополнительными устройствами. Достаточно подробные сведения о ни» имеются в сообщении Онуфрия Степанова, например, о Комарском остроге:«А острог у нас был поставлен на валу стоячей, а по углам вывожены были быки, а тот острог ставлен по снегу в самом заморозе ноября во 2 день, а круг того острожку копан ров, а тот ров копали зимою, мерзлой земли секли в вышину сажень печатную, а ров в ширину две сажени, а круг того рву бит чеснок дере-вянной, а круг того чесноку деревянного бит чеснок железной стрелной опотайной..., а в остроге были исподней и верхней бои, в внутрь осторожной стены засыпали хрящем с нижнего бою и до верху пушечного бою».
Кроме того, внутри Комарского острога на случай пожара был выкопан колодец глубиною 5 саженей, а от него выведены желоба на четыре стороны, а на случай «навального приступу» были заготовлены катки — огромные бревна, которые в критический момент боя скатывали на голову неприятеля; в центре острога срублен раскат для установки пушек.
Помимо чисто оборонительных устройств, во всех острогах был обязательный набор таких сооружений, как аманатская (тюрьма), ясачная изба, амбары для хранения пушнины и казенные амбары, часто совмещенные с помещениями для жилья. Подобное совмещение жилых, хозяйственных и оборонных функций типично для русских построек в суровых и сложных условиях Сибири.

 

Башня Николо-Карельского монастыря. 2-я половина XVII века


Остроги возводили строго по наказам, грамотам и памятям — подробным наставлениям относительно размеров и типов укреплений, со сметой на необходимое количество бревен и драниц на башни, стены, избы и другие сооружения.
Большинство острожков были, как правило, без башен. В многочисленных летописных и архивных источниках о таких острожках и зимовьях встречаются упоминания об устройст-ве в них так называемых нагородней. «Городня» в древнерусском деревянном зодчестве — не что иное, как сруб, а «нагородня» — это, видимо, устройство на городне. Правда, ни в одном из источников нет ни описания, ни изображения конструктивного устройства нагородней. Но зато обращает на себя внимание тот факт, что амбары и избы с нагороднями упоминаются лишь при описании небольших острожков или отдельных зимовий, то есть укреплений, где не было башен. Нагородни — это защитные уст-ройства с бойницами. Но с развитием крепостного строительства нагородни стали заменять башнями. И в зависимости от величины и значимости острога, в нем могло быть разное количество башен — от одной до четырех и более.

Типичным примером однобашенной крепости был Ляпинский острог. Остатки его сохранились еще в начале нашего века. Место, на котором он был поставлен, с юга ограничивалось рекой Ляпин, а с севера защищалось плотной стеной леса, болотами и небольшими озерками. С башни далеко просматривалась перспектива реки вниз и вверх по течению. Место для крепости выбрано удачно, поэтому, видимо, и была срублена всего одна башня. К тому же внутри острога, рядом со стеной, располагались изба и амбар, а на них — вышки с отверстиями для стрельбы.
Юильский острог на реке Казым, остатки которого сохранились до сих пор, имел две башни, поставленные посреди противоположных стен. Он срублен на месте одного из самых крупных остяцких стойбищ, на самом высоком участке огромной заболоченной низменности при слиянии Казыма с его левым притоком — Ун- Вожьеганом (что в переводе с остяцкого означает: «большой город-речка»). Располагаясь у слияния рек, острог контролировал пути из Бере- зова, с верховьев Казыма и с его основных притоков. Кроме того, через Юильский городок проходил зимник — главная санная дорога, пролегавшая по замерзшим болотам и соединявшая Березов с другими крупными стойбищами остяков. Юильский острог — типичная небольшая сибир-ская крепость, пожалуй, самая малая среди известных. Наиболее интересны и выразительны две ее башни. Они очень просты, гармоничны по пропорциям и примерно одинаковы по размерам. Северная башня, очевидно, была главной проезжей, ворота ее со стороны зимника и жилых построек имеют полуциркульное очертание. На створке вырезаны изображения людей с луками в руках, нарты и надпись: «От города Березова до Юиль- ского городка 235» (верст.— Авт.)
Поставленные по берегам рек на возвышенностях или холмах сибирские крепости производили сильное впечатление. Вот как описывал в XVII веке иностранный путешественник деревянную Тобольскую крепость: «На верхушке горы, прямо над рекою, находился острог, сделанный только из дерева; он имеет вокруг себя красивую деревянную стену, в которой бревно лежит на бревне, как на постройке избы; она достаточна высока, наверху ее находится крытая галерея, в которой вырублены бойницы; внизу такой же системы постройки — стена с камерами, в которых теперь хранится казна, но, ес-ли бы пришел неприятель, там могли бы помещаться солдаты».
А Николай Спефарий, проехавший всю Сибирь до самой китайской границы, выделил из многих городов Иркутск, отметив, что «острог строением зело хорош».
Основанный в 1652 году как укрепленное зимовье для сбора ясака с бурят и эвенков, Иркутск в 1 661 году 4 стал острогом. Огражденный тыновыми стенами, он имел вначале 4 башни — 3 угловые и четвертую — в се-редине одной из стен. Позднее были пристроены еще 2 башни и тыновые
стены заменены рублеными. Каждая из стен составляла в длину 60 саженей; по углам располагались 6 башен, одна из которых была восьмиугольной, 10-метровой высоты со сторожевой вышкой наверху. Так, благодаря удобному месторасположению острог, а затем и деревянный город, превратился в экономически развитое поселение, на долгие годы ставшее центром огромной территории.
Путь развития от острога или зимовья до города прошли все укрепления, которые были расположены в наиболее выгодных и удобных местах, благоприятных в экономическом, транспортном и административно-хо-зяйственном отношениях. Среди них, кроме Иркутска, можно назвать Илимск, Охотск, Березов, Удинск (Улан-Удэ), а также Туруханск, Якутск, Братск, Тобольск, Тюмень, Красноярск, Бельск, Енисейск, Нерчинск, Селенгинск и другие крепости.
В Сибири сложились свои строительные школы, например енисейская, илимская. Известно, что енисейские и илимские плотники участвовали в строительстве Новой Мангазеи, Якутска и других крепостей Сибири.
В 1667 году на новом месте на берегу Илима воевода Оничков «острожное место очертил и первую Спасскую большую башню того же числа заложил». Чертеж и смета были составлены заранее Никитой Лазаревым — подьячим, который осуществлял и руководство строительством Илимской крепости. А сделанное в 1703 году воеводой Качановым описание Илимского острога показывает, что в крепости было 3 башни с «часовнями на свесе»: у Спасской башни часовня «снаружи за острогом, а другая в ост-роге»; напротив Спасской — Богоявленская башня с одной только часовней «за острожной стеной»; третья — проездная башня Введенская с часовней на свесе, обращенной за пределы острога. На религиозное назначение часовен указывают не только их названия, но и описание отдельных форм: «вершена бочкою, а на верх бочки маковица с крестом, опаяно белым железом, а бочка и маковица обита лемехом», и перечень главных икон с кратким описанием их содержания.
Вершиной сибирского деревянного оборонного зодчества по праву можно назвать Якутский острог — один из самых крупных. А до этого, в первые годы освоения Якутии русскими (1630—1640 гг.) там был временный острог, о чем свидетельствует челобитная Петра Бекетова:
«Тогож году (1632) сентября в 25 день, по государеву цареву и великого князя всея Руси указу, поставил я, Петрушка, с служилыми людьми на Лене реке острог для государева величества в дальней украине и для государева ясачного сбору для приезду якуцких людей, а преж тово на Лене реке и в Якуцкой земле государева острогу не бывало нигде».
Позже Якутский острог, построенный казаками при воеводе Приклон ском в 1683 году, состоял из двух мощных крепостных стен — внешней и внутренней, повторяющей прямо-угольные очертания первой, опоясывающей сочетание всех сооружений, подобное древнерусским детинцам или кремлям; крепость представляла величественную композицию из 16 башен, нескольких церквей, а также административных и хозяйственных построек. Башни, располагаясь симметрично по углам и в середине прясел крепостных стен, возвышались над остальными строениями города. В совокупности с вертикалями церквей создавалась довольно живописная картина. Главная башня — проездная, высотой 14 саженей, была увенчана орлом с распростертыми крыльями.
Сейчас от Якутского острога сохранилась лишь надвратная башня от внешней стены — великолепное, первозданной силы и красоты сооружение, очень простой и цельной формы, рубленное из крупных, прочных бревен. Крутая четырехскатная кровля, крытый балкон над воротами и венчающая башню сторожевая вышка — все создает выразительный архитектурный образ, хранящий обаяние неповторимой седой Старины.

 

 

Оборонный, осадный амбар тойона Пономарева. Конец XVII — начало XVIII века


Освоение Сибири русскими в XVII веке сопровождалось большим размахом деревянного строительства, образцы которого вскоре стали перенимать местные народы. Склонностью к плотничьему ремеслу издавна отличались якуты. Причем они не копировали русские приемы, а трансформировали их в соответствии со своим жизненным укладом и местными климатическими условиями, отсюда и своеобразие якутских срубных построек XVII — XIX веков, среди которых особое место занимают крепостные сооружения. О характере их могут дать представление сохранившиеся до настоящего времени старинные укрепленные амбары.
В исторических документах XVIII — XIX веков встречаются упоминания о таких амбарах-крепостях, построенных якутскими тойонами для охраны своего имущества. Причем строительство их связывают также и с освободительным движением якутской бедноты в начале XIX века под руководством национального героя Василия Федорова-Манчары.
Наиболее интересным представляется укрепленный дом тойона Пономарева, построенный в Мегино-Канга- ласском районе на правом берегу Лены, близ устья Солы. Рубка углов «с остатком», оформление дверей ко-сячными колодами, полы из толстых плах и настилы межъярусных перекрытий на мощных круглых матицах — все это свидетельствует не только об устойчивости в течение многих деся-тилетий конструктивных приемов древнерусского деревянного зодчества, но и показывает многообразие их применения и эволюцию в суровых условиях Сибири.
Не случайно якутские оборонные башни называли крепостями. Именно поэтому, наверное, так велико число бойниц, размещенных по всему периметру башни укрепленного дома Пономарева.
Одна из характерных особенностей русских построек в Сибири — совмещение в них различных функций одновременно; особенность эта была продиктована прежде всего суровыми климатическими условиями. Почти во всех сибирских острогах башни ис-пользовали под жилье, часовни, амбары...
Простота и конструктивная логика, цельность и гармоничность, взаимодействие с окружающим ландшафтом, активное сочетание утилитарной, конструктивной и художественной функций — вот, пожалуй, лучшие черты русской деревянной архитектуры, нашедшие блестящее воплощение в крепостных сооружениях, что дает основание признать их подлинными памятниками народного деревянного зодчества.
 

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

← Назад