уборка территорий  

Как произвести замер контура заземления и каким прибором?

Лесной щит отчизны

12 марта 2012 - LSV

Возникла необходимость укрепить юго-восточные границы, закрыть ордынцам подступы к центральной части государства. Естественно, не в сказочных витязей и богатырей, не в волшебные мечи-кладенцы, без труда отражающие неприятеля, верил русский народ, а в крепкие стены, непроходимые леса, заграждения из поваленных стволов деревьев, барьеры в виде оврагов, речек, болот или озер, то есть во все то, что могло преградить путь степняку, остановить его.
Для обороны от степных разбойников народ издавна использовал засеки - оборонительную линию древней Руси, значительная часть которой состояла из сеченого и поваленного леса. Оборонительная линия включала острожки и крепости, соединенные валами и лесами, срубаемыми в случае ожидаемого набега степняка. Сооружение засек, а в дальнейшем создание засечной черты сыграли важную роль в укреплении могущества русского государства.
В лесных местностях, вероятно, не было ни одной войны, в период которой не обращались бы к сооружению засек. Известный историк С. М. Соловьев пишет: «Встречаем известие об укрепленных станах: так перед Липецкой битвою младшие Всеволодовичи обвели свой стан плетнем и насовали кольев; был обычай также огораживаться засеками: так сказано об Ярославле Всеволодовиче черниговском, что он стал под своими лесами, засекшись от неприятеля». Четвертая Новгородская летопись упоминает о засеках, созданных в 1137-1139 годах псковичами в борьбе со Святославом Ольговичем. В те времена засеки, устраиваемые на скорую руку, имели небольшую протяженность, рассчитаны были на временную нужду и их часто называли «летучими засеками».
Не годами, а веками крепла Русь. Возникает русское централизованное государство. Множество засек небольшого протяжения, заботливо поддерживаемые в течение многих столетий смыкаются, образуя своеобразную засечную черту. В 60-х годах XVI века засечная черта приведена была в связанную, сплошную систему, охрана и поддержание которой стала повинностью местного населения.
Пролегала засечная черта на всем протяжении юго-восточных границ, олицетворяя линию обороны от степного врага. Граница же во многих местах проходила между лесом и степью, и можно образно сказать, что в этот период воевали два величайших создания природы: с одной стороны лес - надежный защитник человека русского, с другой степь - помощник степняка. Степь оказывала лесу энергичное сопротивление, и теперь еще можно видеть, как происходила эта борьба в течение многих тысячелетий. Сначала лес высылал в степь менее прихотливые породы - кустарники, осину, яблоню, а затем сплошной массой захватывал пространство.
Оборонительная линия состояла из острожков, крепостей, рек, лесов, болот и оврагов, дополнялась в наиболее опасных и уязвимых местах лесными завалами или засеками в собственном смысле слова. В безлесных промежутках сооружались земляные валы, чередующиеся с частоколами. Естественной опорой для обороны служили реки с плавающими бревнами с гвоздями, кольем, набитым в дно реки. В местах пропуска населения на засечных воротах сооружались деревянные и земляные форты с башнями и подъемными мостами, стояли артиллерийские орудия.
Ведал засеками пушкарский приказ, но в экстренные моменты, они переходили в заведование разряда и стоявших за ним боярской думы и государя. В актах Московского государства сохранился царский указ о назначении князя М. И. Воротынского управлять сторожами засек, а Изота Толстого - засечным головой для охраны засек и оберегания государства от прихода крымских и нагайских людей, а «с ним должны быть приказчики и сторожа». Особое внимание уделялось засечным сторожам, которые были обязаны охранять засеки и отражать от них неприятеля.
В сторожа обыкновенно брали по одному человеку, с пищалями, топорами и кирками, от 20 дворов, казна же отпускала по два фунта пОроху и такое же количество свинца. При смене сторожей (по болезням и прочим причинам) старые ручались за новых. За службу засечные сторожа получали вместо жалованья пахотные земли и сенокосы. В случае порубки с засечных сторожей взыскивался штраф, по 1 рублю за каждое срубленное дерево. Жителям же, которые срубят дерево с межевым знаком и проложат в засеке дорогу, устанавливался штраф в 10 рублей, а за тропинку и дерево без знака - 5 рублей. Сверх того виновного в порубке, кто бы он ни был - помещик, вотчинник или крестьянин, наказывали телесно - били кнутом при всем народе, чтобы не повадно было, а пойманного повторно приказано было «казнить смертью».
Забота о засеках проявляется в тринадцатом боярском «приговоре» (1571 год), где сказано: «...жечь поле в октябре и ноябре по заморозку, но не близко государевых лесов и лесных засек». Приходилось следить за тем, чтобы не прокладывались «стежки», чтобы черта не перепахивалась, граневые линии не завалены были б лесом, да деревья меченые никто не рубил. Но при каждом дозоре на засеках неизбежно оказывалось множество порух, новых стежек, на засеке бывало людно.
Охрана и поддержание засечной черты стала повинностью всего населения государства. Население принуждали забрасывать свои полевые работы, без хлеба и корма для своих лошадей они работали порой денно и нощно. Но несмотря на то, что лесные засеки носили с точки зрения охраны государственный характер, истребление засечных лесов проявлялось в значительной мере. Об этом свидетельствует указ, запрещавший истребление засечных лесов ратными людьми, имевшими право без позволения владельцев рубить леса повсюду на собственные нужды, но не для продажи.
Можно привести еще один пример того, что наряду с грозной охраной лесных засек их истребление шло полным ходом. В указе 1659 года сказано, что ввиду истребления засечных лесов поташными заводами, запрещено основывать вблизи засек новые заводы без особого государственного повеления.
Начиная с востока засечная черта состояла из Шацкой и Ряжской засек, далее шли Рязанские засеки, цепь Каширских засек, Веневская засека, цепь Тульских и Крапивинских засек, Одоевская и Лихвинские засеки. Завершалась черта цепью Белевских, Козельских и Перемышельских засек. Следует отметить, что многие засеки, часто сами распадались на несколько более мелких. Так, Крапивинская засека распадалась на Малиновскую и Заупскую.
Лесные массивы, входившие в состав засечной черты, имели свой технический план и описание засечных лесов. Описывали засечные леса писцы, и книги, содержащие эти описания, назывались писцовыми. Леса в черте описывали часто, но самым примитивным способом. Чаще со слов местных жителей. Писцовые книги погибли во время московского пожара в 1616 году.
Особый вид писцовых книг составляли дозорные книги засек. Существовало три главных вида описаний, встречающихся отдельно или вместе: книги, заключающие в себе дозор засечных межей или засечных межевых деревьев, книги, где наряду с дозором засечных межевых деревьев приводилось краткое топографическое описание и разделение дозора на «звенья» (то есть когда дозор засеки делался по отдельным ее частям), и книги, посвященные записям укреплений и засечных порух разного рода, каки1? найдены дозорщиками. В некоторых засечных книгах имелись указания о засечных головах и сторожах, их числе, месте жительства, их поместных дачах.
Дошедшие до нас книги засек ограничиваются главным образом местностями Тульской, Калужской, Рязанской губерний. Сохранились указания о том, как засечные сторожа должны охранять межевые деревья в лесу: «...а на засечных чертах деревья с гранями и натесами досматривать, грани на них кладены ль, натесы натесаны ль, или посечено или выломано или выжжено».
С постепенным распространением границ Русского государства на юг засеки постепенно утрачивали свою специальную стратегическую цель. Интерес к засечной черте то исчезал, то вновь, после очередного набега, появлялся. Поддержание черты носило отрывочный и случайный характер. В начале XVII века черта находится в ведении приказа артиллерии. Во время войны с Карлом XII последний раз засекали леса, чтобы помешать наступлению неприятеля в удобном для него месте. Вот что в то время пишет Петр Первый Меншикову по этому поводу: «...ежели опасаться будешь, что неприятель обманув пойдет через Луки или Торопец или Смоленск, внутрь государства, на то способ такой, чтоб от самого Пскова, даже до Смоленска, все дороги ведущие во внутрь, засечь крепко заранее (кроме той которая лежит от Пскова до Смоленска и Киева), а оставить только Смоленскую и Псковскую, а когда неприятель приблизится к рубежу, то и Смоленскую засечь, а Псковскую всем войском заслонить и на сей совет желаю вам в помощь».
Засечная черта была не только стратегической опорой, но и служила населению местом убежища в момент нападения врага, а также помогала в борьбе с распространением эпидемий. Например, во время морового поветрия в 1657 году сечей деревьев преграждали дороги, чтобы не допустить больных людей в здоровые местности.
В 1762 году некоторые засеки приписывают к казенным заводам, а большую их часть продают с публичного торга. Так, в конце XVIII века территория Белевских засек распродается окрестным владельцам. В продажу назначаются многие засеки, кроме Тульских, приписанных к Тульским заводам. Правда, впоследствии разбазаривание засек на продажу прекращается. При образовании лесничеств там, где на территории их находились засеки, на лесничества распространяются названия бывших засек.
Способы обороны страны с использованием засек существовали и в недалеком прошлом. Засеки применяли как препятствие против пехоты и конницы, часто усиливая их колючей проволокой, минируя.
В наши дни сохраняемые заботой лесоводов лесные засеки являются интереснейшими историческими памятниками природы. 

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

← Назад